День Победы глазами очевидцев: из воспоминаний участника битвы за Берлин, вологжанина, полковника-артиллериста, кавалера ордена Красного Знамени Бориса Ароновича Лебединского

День Победы глазами очевидцев: из воспоминаний участника битвы за Берлин, вологжанина, полковника-артиллериста, кавалера ордена Красного Знамени Бориса Ароновича Лебединского, дедушки Лебединского Вячеслава Сергеевича, ведущего консультанта отдела правовой информатизации и судебной статистики Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда.

«Трудно передать чувства, которые испытывал каждый из нас, когда уставшие, почерневшие о копоти, мы вышли из здания рейхстага и увидели на его куполе развевающееся наше Знамя Победы! Конец войне, конец кровопролитию!.. Вот он, долгожданный мир, вот оно, счастье народное!..

20 апреля 1945 года в 11 часов утра дальнобойная артиллерия 1-го Белорусского фронта, в том числе и артиллерия 150-й стрелковой дивизии, нанесли мощный огневой удар по Берлину. А через две недели советские войска уже были в центре города.

К заключительной схватке с гитлеровцами тщательно готовились все советские войска, с боями подошедшие к Берлину. 30 апреля в 13.30 по врагу был произведен огневой удар силами всей артиллерии, в том числе и моей батареи.

Начался штурм рейхстага. Мое подразделение и Рогова действовали с закрытых позиций. Я засекал пулемётные точки, зенитные батареи врага и передавал команды на корректировку огня.

В 14.25 штурмовые группы ворвались в рейхстаг. Схватка с укрывшимися в подвалах гитлеровцами продолжалась до 1 мая. Лишь на следующий день вражеский гарнизон капитулировал. Мы сломили сопротивление двух тысяч эсесовцев и шестисот курсантов военно-морской школы, но какой ценой!

Первое красное знамя появилось над поверженным рейхстагом только 30 апреля в 22.40. И подняли его не Мелитон Кантария и не Михаил Егоров. Тогда кто? Мало кто знает, что в боевых порядках генерала Шатилова в то время находилась компактная штурмовая группа в составе пяти человек – капитан Владимир Макаров из 136-й Режецкой Краснознамённой бригады армейской пушечной артиллерии, старшие сержанты Алексей Бобров, Гази Загитов, Александр Лисименко и сержант Михаил Минин.

В ходе боя им удалось «просочиться» на крышу рейхстага. По пути они выломали длинную, здоровенную железную трубу и уже на крыше просто привязали к ней носовыми платками красное знамя. При этом, Загитов был ранен...

Куда водружать? На фронтоне увидели конную женскую статую и воткнули трубу прямо ей в корону...«Воткнули в голову какой-то немецкой б...», – лаконично доложил капитан своему начальству.

Егоров и Кантария из 150-й стрелковой дивизии, которые действовали во втором эшелоне во главе с заместителем командира батальона по политической части, лейтенантом А. Берестом при поддержке автоматчиков роты под командованием И. Сьянова, появились на крыше только в третьем часу ночи. Своё знамя они установили на статуе кайзера Вильгельма II, а чуть позже перенесли на купол рейхстага. В дальнейшем оно и стало Знаменем Победы, ныне хранящемся в музее Вооруженных Сил. А красное полотнище, которое первым появилось над рейхстагом, конечно же, не сохранилось.

А потом была победа и раздача наград.».

Ранее опубликовано в газете «Красный Север», № 50, 7 мая, 2009, «Знамя, …которого не было» https://www.krassever.ru/article/znamya-kotorogo-ne-bylo